Найти баланс: психолог дал советы, как помочь военным адаптироваться к гражданской жизни

Тысячи украинских военных ежедневно одержат победу в борьбе с врагом. Пребывание в зоне боевых действий безусловно оставляет отражение в психо-эмоциональном состоянии защитника. О том, как психика адаптируется к новым условиям после возвращения к гражданской жизни и как общаться с комбатантами так, чтобы помочь, а не навредить, рассказал OBOZ.UA врач-психиатр, медицинский психолог и психолог проекта Assisto Василий Гуменюк.

Видео дня

Как влияет пережитый опыт в зоне боевых действий на психику человека

За один век мы пережили две мировые войны, и каждая из них катком прошлась по обществу, в том числе и в Украине. Большое количество наших сограждан того периода было участником тех страшных событий. Если бы каждый получил серьезные психические расстройства на войне, после завершения боевых действий, страна бы просто утонула в криминалитете. Хотя с другой стороны, следует отметить и тот факт, что в послевоенный период количество правонарушений заметно увеличивается.

20% комбатантов, находившихся в зоне боевых действий, имеют ПТСР

Маркеры, влияющие на психологическое состояние комбатантов

• Посттравматическое стрессовое расстройство (ПТСР) имеют около 20% военных, вернувшихся из зоны боевых действий. Такие цифры получили наши коллеги в США, где проводили исследования, участниками которого были военные, вернувшиеся с войны во Вьетнаме.

• Контузии — общее поражение организма вследствие резкого механического воздействия, которое не всегда сопровождается повреждением тканей, но оказывает значительное влияние на психику. Контузия вызывает головные боли, мигрени, может вызвать потерю слуха и нарушение речи, в частности серьезный ущерб может испытать и сердечно-сосудистая система. Контузия может стать причиной затяжной депрессии и вызвать проблемы с ресоциализацией военных, возвращающихся в гражданскую жизнь.

Если в комплексе подытожить вышеупомянутые факторы, то действительно в той или иной степени повреждение психики может быть почти у каждого военного.

Российская агрессия против Украины началась еще в 2014 году. Однако только после февраля 2022 года она затронула каждую без исключения украинскую семью. Во многих семьях на фронте находятся родные и знакомые, защищающие нашу страну с первых дней полномасштабного вторжения. Многие из них возвращаются с ранениями. Но война травмирует не только тело. Так же испытывает травмы и психика.

При этом важно отметить, что психика человека очень гибкая и адаптивная, после пережитого травмирующего опыта она впоследствии принимает его и адаптируется к новой реальности.

Кроме того, острое травмирующее событие может вызвать как посттравматическое стрессовое расстройство, так и посттравматический стрессовый рост. То есть, когда такое событие стимулирует человека к развитию и новым движущим изменениям, будь то карьера или личная жизнь. Но к большому сожалению, показатели ПТСР встречаются чаще.

Люди, пережившие ПТСР больше склонны к зависимостям

У каждого человека без исключения есть своя копинг-стратегия, то есть альтернативный поиск «решения проблемы». Деструктивные копинг-стратегии, такие как заедание стресса, тотальная загрузка работой до изнеможения, никотиновая зависимость и т.п., проявляются сильнее после пережитого травмособытия.

То есть, если в гражданской мирной жизни человек мог употреблять незначительное количество алкоголя с целью расслабиться после стрессовой ситуации на работе или личной жизни, то имея ПТСР, эта доза увеличивается. Симптоматика следующая: у человека есть нарушение сна. Помогает ли алкоголь заснуть? Часто – да. Либо человек имеет повышенную тревожность, склонную к самоагрессии или самокритике. Поможет ли мне алкоголь забыться? В какой-то степени. Или когда у человека присутствуют флешбеки пережитых событий, которые он хочет «вытеснить» из своей головы — здесь опять же алкоголь наиболее доступное обезболивающее средство для души.

То есть то, что у человека было адаптивным во время его гражданской жизни, усиливается после травмы.

Адаптация комбатантов к гражданской жизни

Когда человек в течение определенного времени находился в стрессовом среде — в режиме выживания, а затем возвращается в обычную мирную жизнь, психика может реагировать по-разному.

Много спать, впадать в депрессивное состояние, избегать коммуникации с людьми — все это норма, при условии, что такие состояния не задерживаются надолго у человека. Если это происходит в течение недели-двух, это нормально, но если такие симптомы продолжаются в течение месяца – не норма. Человек в любом случае должен возвращаться к нормальной привычной жизни.

Как помочь и не навредить

Главное правило – помогать ненавязчиво. Ибо, если мы начнем делать это демонстративно и громко, такая гиперопека может провоцировать серьезную агрессию со стороны военных. На сегодняшний день часто можно услышать от военных риторику о том, что «это не нас надо готовить к возвращению, а вас к нашему возвращению», и это понятно. К сожалению, тенденция последних месяцев показывает, что пропасть между гражданским и военным растет. Из-за уклонения первых от военной службы в т.ч.

Один из важнейших факторов, влияющих на адаптацию, — это семья. И здесь действительно необходимо начинать с семей военных, которые должны относиться к комбатанту как к нормальному здоровому человеку. Не следует проявлять гиперботу или гиперопеку. К военному, вернувшемуся домой, следует относиться с пониманием. Спрашивать у него «как ты?», «чем я могу тебе помочь». И ни в коем случае не выпрашивать «а расскажи как там было», «ты убивал людей?» – это табу.

Если военный хочет рассказать о том опыте, который он испытал, он сам начнет рассказывать. И вот тогда мы можем задавать уточняющие вопросы. И включать активное слушание.

Активное слушание – это очень важно. Мы слушаем, киваем, языком тела присутствуют максимально с человеком, выражаем искренний интерес, проговариваем ключевые вопросы, ключевые тезисы, которые сказал человек – уточняем. Такое слушание важно не только для военных, но и для всех людей. Именно искренний интерес к человеку — это необходимый минимум, который должны проявлять близкие.

Что касается ситуаций, когда поведение комбатантов переходит в девиантное (часто, к сожалению, так и случается), то, конечно, тогда лучше не затягивать и обращаться уже к специалистам.

В Израиле очень активно используется программа ресоциализации, когда с психологом работает вся семья комбатанта. И это осуществляется на уровне государственной политики. В нашей стране этот вопрос пока не решен, но нам по силам его лоббировать. И это важно, чтобы государство запускало программы работы не только с военными, но и со всеми членами их семей. Многие семьи не знают, как общаться с такими военными. И это нуждается в масштабированном вмешательстве для того, чтобы провести психоэдукцию общего поведения.

• Учитывая количество тех, кто уже прошел через военные действия и пройдет еще не понятно, сколько времени, мы уже не будем такими, какими были два года назад.

Где могут получить психологическую помощь военнослужащие, пострадавшие в уголовном производстве, и их семьи

Координационный центр поддержки потерпевших и свидетелей, который занимается помощью участников уголовного процесса Офиса Генпрокурора. Практика создания таких центров начала формироваться в Хорватии и Боснии и Герцеговине для решения вопросов послевоенной поддержки потерпевших и свидетелей военных преступлений.

С Центром работают специалисты по разным направлениям, в том числе и психологической помощи.

Как обратиться за помощью в центр?

• Если у вас уже есть процессуальный статус (свидетель или потерпевший), обратитесь с соответствующим запросом к вашему прокурору.
• Если вы являетесь свидетелем или потерпевшим от военного преступления, но не сообщили об этом органы правопорядка, сообщите о преступлении Национальной полиции или Службе безопасности Украины через доступные каналы связи. После обработки вашего обращения и возбуждения уголовного производства, вы можете обратиться в Координационный центр через представителя прокуратуры.